В интервью сайту The Daily Beast режиссер Хоббита и Властелина Колец рассказывает
о чувстве прощания с миром Дж.Р.Р. Толкина, об отрицательных реакциях на женского персонажа
в Хоббите и о своем следующем путешествии.
                                   http://sf.uploads.ru/t/fx4ve.jpg

Питер Джексон устал. Но это очевидно. Режиссер посвятил прошлые три года своей жизни экранизации Хоббита, бестселлера Дж.Р.Р. Толкина. Это вдобавку к 16 годам, которые он посвятил своей мечте экранизовать другую трилогию — Властелина Колец, любимую публикой и критиками. Если утрудить себя аналогией Толкина, то ПиДжей сейчас напоминает Фродо у подножия Роковой Горы, когда финишная линия уже видна. Как только он ее пересечет, путешествие в Средиземье, длившееся почти два десятилетия, закончится. И какое это было путешествие! Шесть фильмов (включая последнего Хоббита: Битву Пяти Воинств), 5 миллиардов долларов киносборов, 17 Оскаров, новые поколения детей, впервые соприкоснувшиеся с волшебным миром Толкина и его обитателями: эльфами, хоббитами, гномами, орками и гоблинами.

Правда, трилогия Хоббита не была отмечена такими лаврами, как ее предшественник. Особенно заметно отсутствие номинаций на кинонаграды и похвал кинокритиков. Тем не менее, о недостатке зрителей жаловаться не приходится. Первые две главы Хоббита собрали 1,9 млрд долларов, а Битва Пяти Воинств, последняя часть трилогии, скорее всего, внесет немалую лепту в эти сборы. Все равно, какие фильм получит рецензии: Джексон рад, что зрители интересуются тем, что он сделал.

Режиссер поговорил с журналом The Daily Beast на пресс-приеме в Лондоне о том, как для него прошли два десятилетия исследования Средиземья, о том, что он думает о пуристах Толкина, о том, как он избежал рейтинга R для последнего Хоббита и о своих планах на будущее.

Обычно я начинаю такие интервью со слов «Как вы?», чисто вежливой фразы. Но в этот раз мне действительно интересно. Адаптация этих шести фильмов была долгим путешествием. Как вы ощущаете себя, достигнув последней части?

- У меня пока было мало времени переварить это. Определенно, я утомлен. Мы закончили фильм примерно неделю назад. Последний день работы над фильмом длился по моим ощущениям часов этак 40. Я еще не оправился от всего этого, поэтому извините, если я выгляжу устало. Но у меня еще не было возможности переварить эмоционально это окончание. Не думаю, что мне будет грустно, или что я буду сожалеть о чем-либо: я очень горжусь фильмами, которые мы в результате сделали. Вы знаете, как это: ты начинаешь работу над чем-то, и я завершил то, что начал, настолько хорошо, насколько позволяли мои способности. Все равно, правильно, неправильно, хорошо, плохо — я ощущаю, что я пытался и сделал все, что мог. Так что — у меня все окей. Мне кажется, что зрителям нравится то, что мы сделали, фанаты ходят и смотрят эти фильмы по 4-5 раз. О чем еще может мечтать режиссер?

Когда вы взялись за эту трилогию, какой аспект повторного визита в Средиземье пугал вас больше всего?

Надо сказать, на это у меня есть два ответа. Для меня как кинематографиста самой страшной была мысль перед началом съемок: это будет чистый самоповтор, или соревнование с самим собой? Вот чего я боялся. И еще одна вещь более практичного плана в отношении Хоббита: концепт истории с 13 гномами… нужно как-то выбрать из них главных персонажей. В Хоббите эта мысль меня беспокоила. Я практически желал, чтобы Толкин остановился на шести гномах (смеется). Я постоянно думал «Боже мой!» Что касается первого аспекта - когда я прибыл на съемочную площадку, я понял: «Мне это реально доставляет радость». Для меня было очень здорово вернуться снова в Средиземье. Я не ощущал, будто повторяюсь или копирую самого себя. Это была другая история, другие диалоги, в основном другие персонажи. Так что этот страх был необоснован. Я очень наслаждался процессом. Тем не менее, нам все еще предстояло работать с 13 гномами, но в последнем фильме мы избавляемся от некоторых из них — большое облегчение!

Все ваши предыдущие фильмы по Толкину начинались с флешбэка или пролога. В Возвращении Короля был Смеагорл, в Нежданном Путешествии был Фродо и старый Бильбо. Однако, Битва Пяти Воинств начинается с места в карьер. Вы не думали о том, чтобы добавить какое-нибудь введение?

Когда снимаешь три фильма в один присест, и выпускаешь их с интервалом в год, есть одна вещь, невозможная в обычном кинематографе — знание и уверенность в том, что через год выйдет следующий фильм. И мы подумали: «Знаете что? Давайте сделаем клиффхэнгер [неразрешенную интригу в конце фильма], мы же знаем, что сюжет будет продолжаться. Почему бы не воспользоваться этим? Это не завершение сюжета, у нас есть еще целый фильм, мы уже сняли его, он выйдет через год — так зачем же все ломать? Почему бы не закончить на клиффхэнгере и не начать с этого же момента в следующей серии?» Это был редкий случай. Нужно снимать несколько фильмов одновременно, чтобы отважиться на такое. Ну и - через полгода фильм выйдет на DVD, и тогда их все равно будут смотреть подряд, друг за дружкой.

Конечно, зрители будут устраивать марафоны по Хоббиту, когда те выйдут на дисках — так же, как и раньше по Властелину Колец.

А ведь есть и безумцы, которые устраивают марафоны по всем шести фильмам!.. Ясно, что Хоббит — история о походе Торина Дубощита к Одинокой Горе, а Властелин Колец — история Фродо, пытающегося уничтожить Кольцо. Тем не менее, они взаимосвязаны, они подпитывают друг друга и происходят в одном мире.

Вы упоминали, что хотите отметить битву в этом фильме — большую сцену боевок, длящуюся 45 минут. Там задействовано столько движущихся элементов. Как вы сохраняете взаимосвязь разных частей в плане повествования? Это же, наверное, трудно?

Эээ, да, конечно. Но в некотором роде сама битва — это лишь отвлечение. На самом деле битва - не главная проблема. Вы бы могли заставить этих же персонажей бегать по улицам Нью Йорка, и проблема была бы той же. Проблема — в том, что у тебя есть несколько сюжетных линий, ведущих к апогею, и ты хочешь, чтобы они достигли этого апогея одновременно, ну или в нужном порядке. Поэтому возникает классическая нарративная головоломка, которую пытаешься сплести, придать ей форму. Так что, как бы это смешно ни звучало, битва практически не играет роли. Битва — это лишь фон, а собственно действие — у персонажей. Поэтому это ни труднее, ни легче… Просто наши персонажи находятся в гуще событий. У нас все эти сюжетные линии, несущиеся к разрешению, и нам нужно их правильно сплести, причем в нужном темпе.

Я не хочу недооценивать собственно битву, но эти персонажи могли бы с таким же успехом сидеть за столом с ножом и вилкой, вместо того, чтобы биться за свою жизнь с мечом в руке. В любом случае главный фокус концентрируется на сюжетных линиях персонажей.

Во всяком случае, по-моему, вы опять подняли планку крутизны в этой битве. Особенно благодаря Леголасу и тому, как он забирается по обваливающейся башне. Ему всегда достаются самые яркие боевые сцены.

Леголас — это весело. Хорошо, когда есть, куда стремиться. Когда мы снимали Властелина Колец, в первом фильме мы сняли клевую сцену, где он молниеносно вытягивает стрелы из колчана и спускает их. Я подумал, что это хитроумно задумано. А потом вышли Две Крепости, и мы придумали этот трюк, где он скользит вниз на щите, это был просто секундный гэг. Мы думали, что это клево. Но помимо того, в Двух Крепостях у нас была сцена, где он запрыгивает на лошадь. На самом деле мы вовсе не планировали, чтобы Орландо Блум делал что-то подобное. Лошадь должна была остановиться, а он должен был вскочить на нее, как обычный человек… Но перед тем, как мы могли снять эту сцену, Орландо упал с лошади и надломил себе ребро.

Мы продолжали съемки еще целый год… и у нас никак не доходили руки переснять эту сцену с лошадью. Так что в монтажной комнате мы просто взяли кадр с лошадью и добавили компьютерного персонажа, запрыгивающего на нее. При такой степени свободы мы были в состоянии сделать этот трюк нечеловеческим чудом эквилибристики. И когда фильм вышел, в этом месте зрители буквально ликовали от восторга. Такой была реакция на момент, о котором мы думали, что это чистый мухлеж. И при досъемках Возвращения Короля мы подумали, что нужно задрать планку. Это развилось само по себе, мы думали «что бы еще крутого мог бы сделать эльф?» И когда он появился в этой новой трилогии, мы подумали «О, нам придется снова придумать что-то крутое.» И битва на башне была прямо-таки брутальной.

Верно. Собственно, и поправьте меня, если я неправ — мне кажется, в этой трилогии гораздо больше обезглавленных трупов, чем во Властелине Колец, причем в основном от рук Леголаса.

Возможно, что это так. Видите ли, с точки зрения режиссера, эти ребята дерутся на клинках. У них нет пистолетов, автоматов или гранат. Если тебе нужно кого-то убить, у тебя очень ограниченный выбор. Один из странных аспектов в этих фильмах, который, должен признаться, доставляет мне огромное удовольствие: мы сидим в кругу и придумываем способы, как можно убивать орков. Ты реально превращаешься в психопата. И я лично могу придумать целую уйму способов убить орка — но меня, к сожалению, всегда ограничивает рейтинг PG-13.

И что бы вы сделали, если бы вы снимали с рейтингом R [с 17 лет]?

О, целую уйму разных замечательных вещей. Я вот вам что скажу: подождите расширенную версию фильма. У нас есть несколько смертей орков, где пришлось урезать насилие. Потому что когда мы отправили фильм на возрастную классификацию в MPAA, мы получили рейтинг R. Так что вы видите, как нужно урезать насилие, чтобы еле-еле получить PG-13. Но в расширенной версии будет побольше смертей орков.

Давайте поговорим о персонаже Тауриэль в исполнении Эванджелин Лилли, которой нет в книге. Пуристы Толкина были несколько не в восторге от того, что ее вставили в фильм…

Да, фанаты Толкина отреагировали отрицательно, но с другой стороны, есть девятилетние девочки, которые идут в кино и радуются тому, что есть персонаж, с которым они могут себя идентифицировать. Так что здесь вопрос в том, с какой стороны на это смотреть. Но извините, я вас перебил…

…я просто хотел спросить: вы ожидали такую реакцию от части зрителей?

О, да. Но смотрите. Давайте забудем о хардкорных фанатах Толкина. По-моему, совершенно невозможно снять фильм, который бы хвалили все. Знаете фильм Гражданин Кейн? Уверен, что и тут найдутся зрители, которые скажут «Что за скучное дерьмо.» Вы поняли, о чем я? Так что — просто не волнуйтесь на этот счет и делайте свое дело. Не существует комитета, который бы решал такие вопросы.

У нас была очень тонкая книга, а нам нужно было создать несколько персонажей определенной сложности. И их есть не так уж и много. Гномы постоянно передвигаются с места на место. Так что эльфы Лесного Королевства были очевидным выбором. В Хоббите у Трандуила даже нет имени. Его просто называют «король эльфов″. И других эльфийских персонажей нет — только этот парень. И мы знаем, что у него есть сын, так как во Властелине Колец Толкин упоминает Трандуила по имени и упоминает, что его сын — Леголас. Это дало нам подсказку. Все думают, что Орландо Блум участвует в этих фильмах, так как он сексуальный магнит для кинокасс. А дело в том, что нам не хватало персонажей, а он был настолько очевидным — было бы глупо, если бы мы его не использовали. Теперь у тебя есть король и его сын, но самые лучшие истории — о трех людях, а не о двух: ведь тогда можно создавать конфликты и треугольники. Поэтому нам нужен был третий эльфийский персонаж. Это ли не шанс включить женского персонажа в сюжет? У нас так мало женских ролей. И кроме того, эти фильмы смотрят очень мноие юные девушки, им нужен персонаж, которому можно бы было сочувствовать. Это решение было очень хладнокровным. Да, окей, женщина-эльф. Вот так это и получилось…

Нужно знать своих зрителей, иначе ты неправильно делаешь свою работу. Я просто думаю об этих восьми-, девяти-, десятилетних девочках, которые ходят на эти фильмы. С кем они будут себя идентифицировать? Теперь у них хотя бы есть Тауриэль. Теперь они хотя бы знают, как убивать орков. Это может пригодиться в жизни. Мы учим девочек полезным навыкам!

Помогло ли вам то, чему вы научились на съемках Властелина Колец, на Хоббите? Были ли моменты, о которых вы думали, что никогда не будете их больше так делать, или сделали бы их иначе?

Постоянно учишься чему-то новому. Каждый раз, когда снимаешь фильм — ты обучаешься кинематографу. Потом проект заканчивается, и часто ты даже не знаешь, чему научился — это подсознательный процесс. Но что касается Хоббита… я начал этот проект очень неподготовленным. У Гильермо было полтора года на подготовку, но он не мог снимать эти фильмы и мне пришлось перенять проект — а у меня на подготовку было лишь полгода. У меня даже не было времени набросать раскадровки — и внезапно я очутился на съемочной площадке с тремя фильмами на руках. И я болел. У меня была язва, и когда я оказался на съемочной площадке, мне все еще было нехорошо. Так что я смотрю на эти фильмы и ощущаю, как в процессе их становлюсь все более уверенным в себе.

Меня спрашивают, какой фильм из этой трилогии мой любимый. Я говорю, что третий, потому что на нем я был максимально собранным. И к концу съемок «Хоббита» я достиг такого воодушевления снимать кино, как никогда раньше. Я ощущал, как становлюсь все лучше, все сильнее в качестве режиссера — и это заложено в этих фильмах. А теперь я просто хочу снимать кино. У меня огромный энтузиазм, обычно после одного фильма такого не случается. Но так я снимал три фильма, я уже вошел в этот момент и хочу сохранить его.

Вы считаете, что можете взяться за что угодно в кинематографе после того, как сняли эти две мощные трилогии?

Гм, не знаю. Нужно делать то кино, с которым можешь себя идентифицировать. Я хожу в кино, смотрю фильмы других режиссеров, чудесные, удивительные фильмы. И думаю «Такое кино я бы никогда не смог сделать.» Нужно снимать фильмы, с которыми у тебя есть связь. Я — человек фэнтэзи. Я — поклонник Рэя Хэррихаузена с возраста 6-7 лет. Но я хожу в кино на Скорсезе. Я никогда в жизни не смог бы снять ничего подобного, но я очень люблю такое кино. Когда я смотрю такой фильм — для меня это эскапизм. В конце концов, радость кинематографа — это не то, что какая-то машина производит фильмы, а то, что их делают конкретные люди. Разумеется, есть целая уйма хреновых фильмов, но если фильм удался — то скорее всего потому, что тот, кто его делал, вложил в него душу.

Что же вы хотите исследовать теперь? Я знаю, у вас запланирован еще один фильм про приключения Тинтина.

О да, Тинтин, этим мы займемся в какой-то момент. Но то, что я бы хотел исследовать в качестве следующего проекта — это парочка новозеландских фильмов, которые я хочу снять. У Властелина Колец и Хоббита есть связь с Новой Зеландией, но прошло уже 20 лет с тех пор, как я снимал кино, которое происходит в стране, в которой я живу. Небесные создания были моим последним фильмом, где Новая Зеландия была частью сюжета. У нас с Фрэн есть несколько реальных новозеландских сюжетов, которые мы хотим снять. Мы бы хотели реализовать что-то, связанное с нашей родиной, а не с Голливудом. Однажды мы вернемся туда. Но мы не становимся моложе.

Как вы уже упомянули, права на другие книги Толкина до сих пор находятся у его душеприказчиков. Но если бы у вас был шанс снять по ним кино — вы бы захотели за это взяться, особенно после двух трилогий?

Это, конечно, сложный вопрос. Он очень гипотетический. Я никогда не думал на эту тему, так как у нас в планах проекты, которые мы реально можем сделать, не забитые юридическими сложностями. Но по правде говоря, скорее всего, однажды их кто-то экранизует. Tolkien Estate не хочет делать фильмы по этим книгам, потому что это решение, принятое текущими душеприказчиками. Но в какой-то момент это может измениться, могут смениться сами душеприказчики, и тогда эти права внезапно окажутся доступными.

Но смотрите — это будет зависеть от того, сколько мне будет лет, и от того, останется ли у меня эта энергия. Сначала я был рад передать Хоббита Гильермо дель Торо, но теперь, когда мне пришлось забрать его назад, я в результате ощущаю, что имею право на Средиземье в большей мере, чем раньше. Для меня бы было трудно сидеть и смотреть, как другой режиссер будет снимать какие-то сюжеты в этом мире, если они будут связаны с тем, что снял я. Если они никак не связаны — то пожалуйста. Но если это связано с той мифологией, что реализовали мы — то если у меня останется достаточно сил и энергии, то я бы реально хотел заняться этим. Никогда не говори никогда!



Спасибо за перевод henneth-annun.ru